Ну хорошо. Мне Свят признался про их отношения с Ксюшей. Я хотел чтоб он сам признался. Спросил у Натали могу ли я ей что то рассказать не как воспитателю, потому что это дальше может поставить к моральному выбору. У нас были глубоко доверительные отношения. Она сказала что конечно, все будет между нами. Я рассказал. Она мне ничего не сказала и рассказала об этом сотрудникам. Я полностью согласен что проблему было необходимо решить. Но считаю что можно было предупредить что она не сможет рассказать, или решить проблему по другому. Масса вариантов как.
Чтоб не выманивать у меня так признания. Чтоб в лицо не лукавить. Мне очень жаль что такой прекрасный человек теряет доверие.
Спасибо.
Теперь смотри. Я понимаю, что ты почувствовал себя неловко, но есть несколько НО:
1) прямое нарушение устава, которое ты, выходит, покрывал, зная, но не сообщив руководству сразу, а ты, тем более, СО, а СО - это сотрудник центра, на плечах которого репутация
2) ты расстроился из-за своих же неоправданных ожиданий, общаясь с воспитателем, как НЕ с воспитателем. А так не бывает, воспитатель всегда на работе, иначе - снятие с этого воспитателя ответственности. Например, мы с тобой общаемся, тут я говорю, что сейчас я не воспитатель, мы с тобой целуемся, а потом я снова воспитатель. Так не бывает, сотрудник РЦ на работе всегда, даже когда он помогает тебе варить суп или спит. Поэтому, обезопасить себя фразой "давай, как будто ты не воспитатель" не получится
3) Натали поступила верно, по стандартам компании, в рамках наших правил. И я поступила бы точно так же. Обиды обидами, но это серьёзный проступок и закрывать на него глаза она просто не имела права. Сидеть и ждать, пока кто-то сам признается? Нет.
4) вопрос доверия. Знаешь, меня бы очень напрягал сотрудник, который умолчал о таком вопиющем нарушении. И такой руководитель меня бы тоже напрягал. Умолчать о таком - малодушие. Это подло. И как раз к такому сотруднику, который покрывает бесчинства в доме, доверия быть не может.
5) не стоит называть это громкими словами - предательство, обман. Это работа и её нужно делать. И мы прекрасно знаем цену нашей работы - человеческая жизнь.
Тут скорее твои личные обиды, но они на пустом месте, я тебя уверяю. Ты сам должен был первым вынести это на доску позора. И ты бы никого не предал. Это помощь. Это обличение кривых поступков, косяков. Это спасение жизни. Даже если ты пока этого не понимаешь.